Отрывок из книги Альфредо Зенони «Другая клиническая практика», стр. 245–247

big Bro копия

Опыт дает нам знание о том, что клинические феномены, с которым мы имеем дело, — это не изолированные феномены, локализованные в различных областях нарушений (памяти, внимания, аппетита, слуха, контроля сфинктера и т.д.); их нельзя отделить от контекста отношений, где они возникают. Они являются проявлением наиболее существенных затруднений, связанных с жизнью в обществе, и относятся к самому условию человеческого существования. Т.е. речь идет о реляционном измерении клинических феноменов (связанных с отношениями), понимаемом во всех смыслах слова «отношение». Именно здесь рождается клиника человеческих трудностей и включается терапия, соотносящаяся с этими трудностями. В действительности лечение само по себе неотделимо от контекста отношений, где оно происходит. С одной стороны, потому что считается, что оно начинается в области человеческого приема и уважения, и с другой, потому что структура клинической помощи в нашей области как таковая происходит из отношений.

Отношения — это не то, что окружает лечение, это — его вектор, поскольку оно заключается не только и не столько в применении некоторого количества техник. Клиническое лечение базируется, прежде всего, на способе, которым мы определяем себя в использовании этих техник, иными словами, в способе присутствия, в отношении, которое выражается словами и молчанием, жестами и сдержанностью, которое мы адаптируем к субъекту.

Если присмотреться, то большинство симптомов и проблем, которыми занимаются в учреждении, — это не что иное, как другая сторона проблем разной степени сложности, затрагивающих связь с Другим, понимаемым в самом повседневном и самом радикальном смыслах одновременно.

Что касается ребенка, особенно его отставания в школе или, например, сложностей с тем, чтобы научиться читать и писать, — что же это, как ни проявление отказа или затруднений при вхождении в кодифицируемый язык; или как ни сложность с тем, чтобы согласиться с этим включением жизни в круговорот условностей социальной структуры, короче говоря, в пространство Другого? Только в случае изменений, происходящих в измерении Другого, в регистре отличий, который присущ языку, могут возникать также и эффекты в самом регистре обучения.

То, что говорится о задержке и об отказе от школы, может быть также отнесено и ко многим другим проблемам поведения или отношений, где есть симптом — стоит только проанализировать их поглубже: неусидчивость, рассеянность, бессонница, фобии, недержание, замкнутость, неаккуратность, немота, воровство, насилие, которое совершается или которому подвергаются и т.д. Как можно игнорировать то, что все это довольно часто является проявлением затруднений, которые возникают в измерении Другого?

Клинических примеров, иллюстрирующих эффективность способов, которые мы приводим, предостаточно. Они показывают, что наша деятельность не нацелена прямо на симптом, но, благодаря различным приемам и находкам с нашей стороны, затрагивает симптом. Она проходит через необходимое условие человеческого существования, т. е. через измерение Другого.


Опубликовано с согласия автора. Перевод Яны Сюрменко.

Опубликовать в Google Plus